К началу

МУЗЕЙ НАТО

1957-2022
Назад в список
war
rocket

Иран. Атом раздора 1957-2022

США и НАТО дружно привели Иран на «ядерную тропу» и уже 40 лет тщетно пытаются увести обратно

История

После успешного для США переворота 1953 года Иран под управлением шаха Мохаммеда Реза Пехлеви стал верным вассалом Вашингтона. Сам шах превратил страну в тоталитарное полицейское государство, которое он намеревался сделать самой мощной державой Среднего Востока. Американцам было выгодно подпитывать амбиции шаха, ведь он огромными партиями скупал оружие и технологии в США и Европе. Но еще больше прибыли сулила поддержка Ирана на пути развития собственной атомной программы, причем не только для США, но и для союзников по НАТО. Западные державы со свойственной им самоуверенностью считали, что Иран покорён навсегда, но история всех переиграла. Ядерная программа, заботливо созданная членами альянса для лояльного союзника, со всеми технологиями, объектами и материалами оказалась в руках явного противника коллективного Запада – «Исламской республики Иран». Источник прибыли превратился в проблему мирового масштаба, которую коллективный Запад не может решить уже несколько десятилетий. Как же это случилось?

Проамериканский Иран

Переворот летом 1953 г., свержение Мосаддыка и возвращение Мохаммеда Реза Пехлеви на престол открыли новую главу в истории этого древнего государства. США с этого времени закрепились в качестве лидера в сфере нефтедобычи в Иране. Вашингтон стал поддерживать и военный режим, и самого шаха. Как считает М. Реза Годс, в это время «власть шаха в буквальном смысле зависела от политических и военных связей с Соединенными Штатами: военная помощь США помогала ему укреплять свое полицейское государство и препятствовать сплочению оппозиции».[1]

Мосаддык был приговорен к смерти, но помилован шахом и до 1964 года находился под домашним арестом. Сторонники Мосаддыка были репрессированы. Публично расстреляли министра иностранных дел, казнили некоторых государственных чиновников. Зато были возвращены на службу чиновники и офицеры, уволенные при Мосаддыке, восстановлены широкие полномочия монарха, ограничены права и свободы граждан. Были полностью разгромлены оппозиционные партии и движения, включая и «Национальный фронт» Мосаддыка. Естественно, целенаправленно преследовали и левую партию «Туде». Она была буквально раздавлена режимом генерала Захеди. Особо отличился военный губернатор Тегерана генерал Теймур Бахтиар, который руководил и политической полицией (САВАК). Военное крыло «Туде» – около 600 офицеров среднего и младшего звена – было репрессировано, а лидеры партии казнены.

В Иране Вашингтон сделал основную ставку на монархию и самого шаха, а не на какие-то элиты, политические силы или отдельных лидеров. Как пишет Д. Пиэр (David William Pear) «победителями по итогам переворота были США и трусливый шах». Шаха «нужно было научить обладанию внутренней опорой. Он оказался прилежным учеником и с помощью США превратил Иран в тоталитарное полицейское государство, которым управлял силой террора. От Америки шах получил защиту от собственного народа и от внешних врагов. В течение 25 лет Иран был краеугольным камнем для США на Ближнем Востоке, базой для проекции мощи Америки на этот регион.[2]

Резкие оценки современных критиков из лагеря социалистов нуждаются, конечно, в комментариях. Шах не был бессловесной марионеткой Вашингтона. У него была своя концепция развития Ирана, просто она не противоречила интересам стран НАТО. В период «белой революции» шах провел определенные реформы в области экономики, способствовавшие развитию Ирана в целом. Представители беднейшего крестьянства получили от государства землю, проводилась политика протекционизма и поощрения развития национального бизнеса. ВВП Ирана за годы правления шаха демонстрировал устойчивые темпы роста.[3] За 1960-е гг. этот показатель удвоился, а в середине 1970-х Иран получил дополнительные выгоды от общемирового скачка цен на сырую нефть.[4]

Одновременно с полезными реформами Мохаммед Реза стремился максимально сконцентрировать политическую и военную власть в своих руках, равно как и консолидировать ее, сделать более жесткой. В 1963-1977 гг. произошло именно это. В экономической и политической жизни страны шах многое определял самостоятельно, порой и единолично. Из созданного им «Фонда Пехлеви» с активами, которые оценивались в конце 1970-х гг. в 22 млрд долларов, шли инвестиции в промышленность и агробизнес, выплачивались пенсии и зарплаты чиновникам – сторонникам шаха, поощрялись лояльные служащие [5], было оплачено обучение 12 тысяч студентов за границей и т.п.

Социально-экономические реформы привели, с одной стороны, к ускорению экономического развития, с другой – к социальному расслоению иранского общества. Это проявилось в том, что на богатейшие 10% населения приходилось свыше 40% национального потребления. На самой вершине социальной пирамиды в годы правления шаха было всего около 1-2 тысячи семей, включая и саму семью Пехлеви (она, как считалось, имела активы совокупным объемом в 25 млрд долларов). Значительная часть простого народа (мелкие «базари» в городах, рабочие, жители сельских окраин) была не только лишена участия в растущих нефтяных доходах (до 21-22 млрд долларов в год на пике «нефтяного бума» середины 1970-х), но и не имела доступа к элементарным благам системы начального образования и здравоохранения.

Хуже всего для режима – в долгосрочной перспективе – было стремление шаха отстранить мусульманское духовенство от участия во власти. Шах предпринял шаги, вполне предсказуемые не для восточного монарха, а скорее для тоталитарного правителя: в 1975 г. он создал свою политическую партию «Растахиз» («Возрождение»). Также усилиями шаха в меджлисе общее представительство «улама» (религиозных деятелей) упало с традиционных 12-25% до 4%, а потом и до 1%. Недовольство шахом выражали теперь уже не только видные религиозные политические деятели, но и близкие к народу богословы низового уровня.

Шах считал армию и тайную полицию своими главными и незыблемыми опорами. При нем удвоилась численность вооруженных сил: под ружьем было свыше 350 тысяч человек. Тайная полиция (САВАК) стала органом, перед которым трепетали все потенциальные противники шаха внутри страны. На ее функционирование и «развитие только за 5 лет (1973-78) было потрачено 2,65 миллиарда (!) долларов».[6]

Сверхвооружение Ирана

Вашингтон все это не смущало. Прибывший в мае 1972 г. с визитом в Тегеран президент Ричард Никсон не скрывал того, что США отводят Ирану важную роль «сдерживающего фактора» по отношению к Ираку, который тогда считался чуть ли не сателлитом Советского Союза. Никсон пообещал шаху поставки новейших типов высокотехнологичных вооружений.[7] Этот сюжет был всегда важен для Америки. Постоянно растущие военные расходы Ирана означали покупку оружия прежде всего у США. Расходы были довольно приличные – составляли около 25% от доходов, поступавших в государственный бюджет (например, в 1974 г. – 373 млрд риалов от 1 трлн  394 млрд, а в 1976 г. – 567 млрд от 1 трлн 836 млрд риалов).[8]

Всего закупки вооружения у Соединенных Штатов (включая и взятое в кредит) только в 1972-76 гг. составили около 10 млрд долларов. Шах покупал даже морские вооружения: современный эскадренный миноносец и 26 судов на воздушной подушке. Иран начал реконструкцию военно-морской базы Чахбахар: предполагалось, что она станет крупнейшей в Индийском океане. Для сухопутных сил купили 760 танков «Чифтэн», сотни танков М-47 и М-60. Для авиации приобрели 190 истребителей «Фантом» и множество всего другого (радары, средства связи и пр.).

Все это требовало обучения иранцев, технического обслуживания, запасных частей, а стало быть, и приглашения американских специалистов, и соответствующих затрат. Вашингтон не волновало, что Иран имел куда больше вооружения, чем было нужно, что вооруженные силы страны были перенасыщены неиспользуемой техникой [9] и излишни по составу. Шах, к тому же, купил еще и акции военных заводов Круппа в Германии. Амбиции монарха в этом направлении росли, как на дрожжах, и дело доходило до смешного. Мохаммед Реза даже верил в то, что Иран сможет самостоятельно противостоять СССР в случае прямого столкновения с северным соседом. Никто не беспокоился о том, что стремление шаха к обладанию невиданной в регионе военной силой опасно, ибо пугает и раздражает соседей, может вызвать «контрмеры» с их стороны – и тогда начнется гонка вооружений, а затем, возможно, и непредсказуемые сдвиги в сфере безопасности региона. Для США пребывание Реза Пехлеви у власти было слишком выгодно.

Непомерные амбиции Мохаммеда Реза сделать Иран самой мощной державой Среднего Востока американцев совсем не пугали. Наоборот, с середины 1970-х, после четвертой арабо-израильской войны, резкого повышения цен на нефть и обострения отношений Вашингтона с арабскими странами (особенно с Сирией, Ливией, частично с Ираком) развитие отношений с шахом казалось правильным в геополитическом смысле. США признавали, что в 1970-е гг. их интересы на Ближнем и Среднем Востоке имели три надежные опоры – Саудовскую Аравию, Израиль и шахский Иран. Остальные государства (особенно арабские) могли, по мнению американцев, попасть под влияние СССР или излишне самостоятельно вести внешнюю политику. Стало быть, кроме поставок иранской нефти, страна была полезна и в другом: Иран можно было использовать как инструмент давления на не очень послушных соседей.

Атом ради прибыли

Ядерная программа занимала особое место в отношениях США и Ирана. Не будет большим преувеличением сказать, что именно Америка подтолкнула шаха к превращению Ирана в державу-гегемона регионального уровня. А это предполагало не просто модернизацию страны. Иран должен был стать в известном смысле передовой страной как по уровню развития, так и по обладанию независимыми от внешнего мира компонентами мощи. Таким компонентом могла стать энергетическая самодостаточность – прежде всего за счет развития программы по строительству атомных электростанций.

США поначалу не только не препятствовали, но даже поощряли шаха к развитию в этом направлении. Полный контроль над Ираном в этой области, как казалось в Вашингтоне, предполагал массу преимуществ. Первое соглашение о технологической помощи США Ирану (в рамках американской программы «Атомы для мира» («Atoms for Peace») в области ядерной энергетики было подписано в 1957 г. В 1958 г. Иран вступил в Международное агентство по атомной энергии (МАГАТЭ). Важный для всего мира (изначально советско-американский) договор о запрещении испытаний ядерного оружия на поверхности Земли, в атмосфере и под водой Иран подписал и ратифицировал в 1963 г. В 1967 г. под руководством Иранской организации по атомной энергии (AEOI) начал работу Научно-исследовательский ядерный центр в Тегеране. Для этого центра США отправил 5,5 кг высокообогащенного урана и 112 граммов плутония, необходимого для начала работы исследовательского атомного реактора. В июле 1968 г. Иран подписал, а в марте 1970 г. ратифицировал важнейший договор о нераспространении ядерного оружия (вместе с США, Великобританией, СССР и многими другими странами).

Пока все шло гладко, ничто не предвещало резких и опасных поворотов. Был озвучен план по строительству в Иране к 1994 г. 23 атомных реакторов общей мощностью порядка 20МВт, а также создание замкнутого ядерного топливного цикла (ЯТЦ). Всего на реализацию проектов в области атомной энергетики планировалось потратить 30 млрд долларов.[10] Современные российские ученые из Института Израиля и Ближнего Востока считают, что шаха подвигло к ускоренному развитию атомной отрасли не только наличие свободных денежных средств, но и обнаружение на территории страны месторождений урановых руд (в провинции Йезд, с запасами в 3-5 млн тонн). Важную роль сыграла и готовность западных стран в короткие сроки построить несколько АЭС.[11]

План по развитию атомной энергетики Ирана действительно получил одобрение США и стран НАТО. Предполагалось, что первые 6-8 реакторов в Иран поставит Америка, 12 реакторов будут германскими и 6-8 построит Франция. Шах стремился развивать в г. Натанза и предприятие по обогащению урановой руды.  Он также выделил 1 млрд долларов французской Комиссии по атомной энергии – для участия в развитии европейской компании по переработке урана «Eurodif». По условиям предоставления займа Иран получал право на 10% обогащенного урана. Правительство шаха не успело воспользоваться продуктами деятельности компании, в 1979 г. этому помешала «исламская революция».

В сотрудничестве по ядерной программе с шахским Ираном участвовали компании многих стран НАТО («Uranium Enrichment Associated» из США, французская «Framatome», бельгийская «Synatom», итальянская «Enea»). В дальнейшем в Иране предполагалось самостоятельное производство топлива, для чего проводились геологоразведочные работы по поиску урановых месторождений, а также велись переговоры с иностранными компаниями о покупке обогатительных технологий и установок. В г. Бушер германская фирма «Kraftwerk Union» (филиал концерна «Siemens») в 1974 г.  приступила к строительству первой станции. Шахское правительство приняло закон об атомной энергии, в котором обозначались сугубо гражданские цели ее использования. С 1975 г. известнейший научно-образовательный центр США, Массачусетский технологический институт (Massachusets Institute of Technology, MIT) подписал с иранской Организацией по атомной энергии контракт на подготовку инженеров и других специалистов по атомной энергетике. В этом же году Иран приобрел долю в 15% в южноафриканской компании «Rossing Uranium Ltd», которая занималась добычей урана.

Иначе говоря, все устремления шаха в сфере использования атомной энергии США были хорошо известны и никакого противодействия в Вашингтоне не вызывали. Как пишет Д. Пиэр, шах Мохаммед Реза «был крупным покупателем для американских производителей вооружений», таких, как «General Dynamics», «Lockheed» и «Northrop». «Продажа оружия и ядерных технологий – хороший бизнес. Американские компании типа «General Electric» и «Westinghouse» продавали Ирану оборудование и атомные технологии, топливо из обогащенного урана, продавали даже уран, обогащенный до степени оружейного (weapons grade uranium), он самый эффективный для производства электроэнергии, да и для создания атомной бомбы тоже».[12]

Расширение клуба ядерных держав

Между тем проблема распространения ядерного оружия во второй половине 1970-х гг. стала обостряться. С полной уверенностью можно было говорить о том, что Индия, которая в мае 1974 г. провела успешные испытания атомного устройства (операция «Улыбающийся Будда»), уже вступила в неформальный «клуб» ядерных держав. Противник Индии Пакистан в ответ заявил о намерении также обладать ядерными «средствами устрашения». В 1979 г. появились первые туманные сведения о том, что Южно-Африканская Республика совместно с Израилем проводят испытания ядерных боезарядов.

Справедливости ради стоит заметить, что в 1970-е гг. у шахского Ирана была репутация государства, которое в целом придерживается международных обязательств о нераспространении ядерного оружия. Однако некоторые заявления иранского монарха могли встревожить – например, о стремлении обладать к 1985 г. военной мощью, сопоставимой с потенциалом Великобритании и Франции. Что Мохаммед Реза имел в виду, сравнивая перспективы Ирана с положением двух ядерных держав, было не вполне ясно. К тому же, в середине 1970-х гг. Соединенные Штаты впервые зафиксировали незадекларированную деятельность Ирана в ядерной сфере, связанную с работами по выделению плутония, а также по лазерному обогащению урана.[13]

Пока в лице шаха Вашингтон видел верного союзника, даже это особой тревоги не вызывало. В августе 1974 г. оценки американской разведки были таковы, что «широко разрекламированные устремления в области ядерной энергии пока находятся на стадии планирования», но все же амбиции шаха могут привести Иран к созданию ядерного оружия.[14] В 1976 г. бюджет Организации по атомной энергии Ирана был почему-то увеличен в 32 раза.[15] Позднее  авторитетный специалист в области нераспространения Л. Спектор (Leonard Spector) указывал на возможность развития военного компонента ядерной программы Ирана уже во время правления шаха.[16]

В июне 1975 г. в газете «Washington Post» была опубликована статья Дж. Рэндолла (J.Randall) с впечатляющим названием «Шах отрицает планирование ядерной бомбы». Дело было в том, что журналисты обратили внимание на фразу, промелькнувшую в интервью Мохаммеда Реза для издания «Les Information» накануне его визита во Францию. На вопрос о том, собирается ли Иран в будущем создавать ядерное оружие, шах ответил: «Без сомнения. И раньше, чем кто-либо думает». Можно предположить, что статья в солидной американской газете была задумана как способ успокоить публику относительно намерений верного и послушного союзника США. Но неожиданно этот союзник перестал существовать.

Исламская революция: сюрприз для НАТО

События начала 1979 г. стали неожиданными почти для всего мира. Массовые протесты в Иране новостью не были, но никто не мог предположить крушения казавшейся незыблемой власти шаха. Неспокойная жизнь монархии началась в январе 1978 г. после публикации в полуофициальной газете «Эттела-ат» оскорбительной статьи в адрес аятоллы Хомейни, видного религиозного авторитета и политического эмигранта. Его речи с проповедями, записанные на магнитофонные кассеты, ходили по рукам сотен тысяч иранцев.[17] В ответ на выход статьи 9 января в священном городе Кум четыре тысячи студентов религиозных учебных заведений вышли на улицы с требованием упразднения монархии. Правительство применило силу: были убиты десятки и ранены сотни человек.

После этих событий через каждые 40 дней в соответствии с мусульманским обычаем отмечать конец траура выступления противников шаха охватывали множество городов и селений. Рубежом первого этапа развития протестного движения стала «Черная пятница» 8 сентября 1978 г. В ответ на введение шахским правительством военного положения на площадь Джале в Тегеране вышли сотни тысяч человек. Шах снова приказал применить силы полиции и армии. По официальным данным, погибли 88 и были ранены около 300 человек, по неофициальным – счет шел на тысячи.[18] С этого дня обозначился второй этап протестного движения, когда в борьбу против монархии включились огромные массы рабочих и служащих. Начавшаяся в октябре 1978 г. забастовка на предприятиях Иранской национальной нефтяной компании (ИННК) привела к полному прекращению добычи нефти и парализовала экономику страны.[19]

В это время стали ясны требования широкой антишахской оппозиции. Находившийся во Франции Хомейни выдвинул идею создания в Иране «исламской республики», обеспечивающей равномерное распределение богатств и освобождение страны от экономической зависимости от Запада. В качестве главных задач ставились освобождение политзаключенных, ликвидация политической полиции САВАК, сокращение военного бюджета, направление доходов от нефти на нужды экономики. Большое внимание предполагалось уделить возрождению сельского хозяйства и улучшению положения крестьян. В будущей «исламской республике» предполагалось обеспечить равные права для всех конфессий (кроме бахаизма[20]), для всех групп населения и политических партий (кроме рабочей партии «Туде» и иных марксистских группировок). Была среди оппозиции и умеренная группа, которая выступала за постепенный переход к конституционной монархии. Но расширение массового движения вынудило и их занять более жесткую позицию в отношении шаха, близкую к взглядам Хомейни. [21]

Шах же в декабре 1978 г. поручил сформировать новое правительство Шахпуру Бахтияру – представителю именно умеренной оппозиции. К лету 1979 г. собирались провести всеобщие свободные выборы. Остановить протесты не получилось. 24 декабря в Тегеране армейскими частями была расстреляна многотысячная антимонархическая манифестация. Это еще больше накалило обстановку в стране. 16 января 1979 г. меджлис (нижняя палата парламента) утвердил состав нового правительства, а шах покинул страну. Эти события открыли новый, третий этап иранской революции, когда власть ненадолго оказалась в руках представителя умеренного крыла светской оппозиции.

Сегодня невозможно с уверенностью сказать, как именно в Вашингтоне видели перспективы развития событий в Иране, относились к Бахтияру и рассматривали возможность помощи верному союзнику – шаху. Весь массив дипломатических документов (Vol. X, Foreign Relations of the United States) за период с января 1977 по ноябрь 1979 гг. находится в процессе снятия грифа секретности и еще не опубликован (Under Declassification Review). [22] Но администрация Картера вряд ли рассматривала необходимость прямого вмешательства, поскольку только недавно пережила тяжелую борьбу в Конгрессе вокруг очередной «оружейной сделки» – продаже Ирану новейшей военной авиатехнологии AWACS.[23] Вероятно, сказывались и опасения относительно международной критики в случае повторения операция «Аякс» 1953 г.[24]

Первые мероприятия нового премьер-министра должны были успокоить общество и сбить волну протестов. Бахтияр распустил САВАК, распорядился амнистировать политических заключенных, отдал приказ армейскому командованию не вмешиваться в политическую жизнь страны. Именно Шапур Бахтияр пригласил Хомейни вернуться в Иран и принять участие в работе над новой конституцией страны. 1 февраля 1979 г. аятолла Рухолла Хомейни прибыл в Тегеран, но расчеты Бахтияра на сотрудничество с ним не оправдались. Хомейни назвал правительство Бахтияра незаконным и 4 февраля сам назначил нового премьер-министра страны. Им стал Мехди Базарган, бывший руководитель иранской нефтяной промышленности.

11 февраля Высший военный совет иранской армии объявил о своем нейтралитете в политической борьбе, и этот момент можно считать завершением революции. К власти пришли духовные лидеры и в первую очередь аятолла Рухолла Хомейни. Начались расправы теперь уже с нелояльными революции военными. За несколько месяцев новая власть уничтожила около 20 тысяч бывших служащих шахской армии, полиции и контрразведки. Истребив старый офицерский корпус, Хомейни и его сторонники стремились создать армию, которая стала бы опорой обновленного государства.

1 апреля 1979 г. была официально провозглашена Исламская Республика Иран. Страна начала действительно другую жизнь, в которой не было места ни западным ценностям, ни социализму в советском понимании. Экономическая модель нового режима представляла собой сочетание государственной, кооперативной и частной форм собственности под контролем государства. Ислам шиитского толка пронизал все сферы жизни общества, и духовные лидеры (аятоллы во главе с Высшим руководителем Ирана – рахбаром) стали главной политической силой.

Важнейшей чертой внешней политики Ирана стала жесткая оппозиция по отношению к США и Израилю. Аятолла Хомейни называл Америку «Большим Сатаной». «Малым Сатаной» был назван Советский Союз, но борьба с идеями коммунизма ограничилась жестким пресечением деятельности левых партий и групп внутри Ирана, а не противоборством с СССР в мире.

Политические коллизии в Иране продолжались в течение всего 1979 г. 4 ноября произошел захват сотрудников посольства в США в Тегеране, обвинённых в шпионаже (всего 53 американских дипломата, включая временного поверенного в делах США в Иране, главу местной резидентуры ЦРУ и нескольких сотрудников этого ведомства).Акция, по заявлению МИД Ирана, явилась «реакцией на игнорирование американской администрацией требований иранского народа». Эти требования включали экстрадицию из США шаха Мохаммеда Реза и возвращение Ирану его денег, находящихся в американских банках. С этого момента началось открытое противостояние Ирана с США.

Реакция Америки на события в Иране оказалась резкой, но запоздалой – изменить в пользу США хоть что-нибудь было уже невозможно. После захвата здания посольства президент Дж. Картер привел в состояние боевой готовности состав так называемого «корпуса быстрого реагирования» и объявил о прекращении закупок нефти в Иране. 14 ноября 1979 г. по решению Конгресса США прекратили военную и экономическую помощь Ирану. Затем США отправили в Персидский залив 5 авианосцев и около 30 военных кораблей, на борту которых находилось свыше 25 тысяч военнослужащих. 8 апреля 1980 г. последовал разрыв дипломатических отношении между Вашингтоном и Тегераном. 24 апреля состоялась неудачная попытка провести операцию «Орлиный коготь»: силами ВВС и спецподразделения «Дельта» освободить заложников.[25] Иранское правительство само отпустило их 20 января 1981 г. в день инаугурации нового президента Р. Рейгана, но к восстановлению дипломатических отношений это не привело.

Ядерная программа в руках врага

Исламская революция 1979 г. и бегство шаха из страны коренным образом изменили отношение стран НАТО к ядерной программе Ирана. Германские и французские компании прекратили работы по строительству реакторов и разорвали контракты (формально – из-за неуплаты Ираном положенных сумм, на самом деле – по настоянию США).

Резко изменился и тон публикаций в странах НАТО о программе развития атомной энергетики Ирана. Если ранее поощрялось дальнейшее развитие отрасли, даже можно было допустить создание ядерного оружия, то при новой власти эту программу объявили явной угрозой всему Западу. Начало войны между Ираком и Ираном (сентябрь 1980 г.) создало еще один повод для обвинений Тегерана в агрессивности. Руководство Ирана изображали как группу безответственных деятелей, исполненных религиозного фанатизма, готовых ввергнуть весь регион Ближнего и Среднего Востока в хаос войны. 12 апреля 1987 г. в газете «Washington Post» появилась статья Дэвида Сегала (David Segal) с кричащим заголовком – «Атомные аятоллы» («Atomic Ayatollahs»). Автор описывал требования правительства Хомейни к иранским ученым немедленно создать ядерное оружие и вытекающие из этого опасности.[26]

Запад делал вид, будто это не администрация Д. Эйзенхауэра в 1957 г. вывела Иран на «ядерную тропу», а научной, технологической и организационной помощи стран НАТО в создании и развитии атомной программы страны не существовало вовсе. «Тегеран близок к созданию атомной бомбы? Появилась угроза распространения ядерного оружия на Востоке?» В Вашингтоне и Брюсселе ответы были заранее готовы – во всем виноваты только «атомные аятоллы», захватившие власть в Иране. США и страны НАТО тут ни при чем.

Но факт есть факт: именно на предоставленной странами НАТО технологической основе шах Мохаммед Реза смог к концу 1970-х гг. сделать Иран «пороговой державой». Этим термином ученые традиционно обозначали те государства, которые не обладали ядерным оружием (или не стремились его получить), но имели технологические возможности создать его за короткое время – прежде всего на основе потенциала своей атомной энергетики или путем заимствования (обмена, покупки) технологий и расщепляющихся материалов. В 1970-е годы такими странами считались, например, Япония и ФРГ, Индия и Израиль. Несколько позднее в эту категорию стали включать Южную Корею и Пакистан, Египет и Ирак, КНДР и Ливию, Бразилию и ЮАР. Так или иначе, но именно при правлении шаха и с непосредственной помощью стран НАТО Иран вышел на тот уровень развития своей ядерной программы, который позволял приступать к развитию его военного компонента, к созданию ядерного оружия.

«Исламская республика Иран» получила атомную программу и статус «пороговой державы» в «наследство» от сбежавшего шаха Мохаммеда Реза. Теперь все достижения в области науки и атомной энергетики стали частью общенационального достояния, которое можно было поставить на службу государственным интересам обновленной страны. Если допустить, что руководство Ирана в середине 1990-х гг. приняло решение о развитии атомной программы в сторону создания военного компонента, то можно уверенно предположить – такой ход был сделан не по злой воле «атомных аятолл». Если это произошло, то явно в связи с тем, что США и страны НАТО однозначно воспринимали «исламскую республику» как своего «врага», модернизация и развитие которого прямо противоречит интересам коллективного Запада. Ответная реакция Тегерана на такой подход вполне объяснима.

Теперь общая картина выглядит как еще один военно-политический парадокс из истории НАТО. Созданная членами альянса ядерная программа предназначалась для лояльного союзника, которого можно было и контролировать, и получать материальную выгоду от сотрудничества с ним в области атомных технологий и вооружений. Но программа волею истории оказалась в руках явного противника коллективного Запада – «Исламской республики Иран».

Что же странам НАТО теперь делать? Как снова превратить Иран в безъядерную страну, то есть в противника, которого можно не брать в расчет «по-крупному» в глобальных геостратегических сценариях? Именно эта неразрешимая, по всей видимости, задача составляет сердцевину идущего с 2004 г. конфликта вокруг иранской ядерной программы. 14 июля 2015 г. была выдвинута инициатива по снятию части ранее введенных странами Запада экономических санкций против Ирана в обмен на реструктуризацию ядерной программы «исламской республики». Она получила название «Совместный всеобъемлющий план действий» (Joint Comprehensive Plan of Action, JCPOA) и открывала путь к компромиссу относительно международных инспекций на ядерных объектах Ирана.

8 мая 2018 г. по решению администрации президента Дональда Трампа Соединенные Штаты вышли из этой «иранской сделки», а в октябре 2020 г. ввели новые экономические санкции против Ирана, сознательно пошли на обострение отношений с Тегераном, включая и угрозы применения военной силы. В итоге этот длительный спор снова оказался в дипломатическом тупике на фоне появления новой информации об ускорении работ по обогащению урана в «исламской республике».[27]

[1] Реза Годс, М. Иран в ХХ веке. Политическая история /Пер. с фарси И.М. Дижур. – М., Наука/Изд-во «Восточная литература», 1994.  С. 256.

[2] [Электронный ресурс] https://southfront.org/david-william-pear-the-us-wants-to-bring-back-the-shah-of-iran

[3] [Электронный ресурс] https://svspb.net/danmark/vvp.php?l=iran

[4] Подробнее см. Скороходова О.Н. Эпоха великих потрясений. Энергетический фактор в последние десятилетия «холодной войны». – М.: Издательство АСТ, 2021. С. 51-62.

[5] Т.н. «служилый средний класс» – мелкие чиновники, учителя и пр. составляли в середине 1970-х около 630 тыс. чел и полностью зависели от государства (т.е. от воли и благосклонности самого шаха).

[6] Включая и деятельность за пределами Ирана – выслеживание эмигрировавших диссидентов и т.п.

[7] [Электронный ресурс] https://www.cfr.org/timeline/us-relations-iran-1953-2021

[8] 1 доллар = 68 риалов.

[9] В середине 1970-х дело доходило до того, что закупленные в США танки выгружались в портах и, как предполагалось, должны были своим ходом идти в места дислокации. Малейшая поломка в пути, нехватка обученного персонала и техников  приводили к тому, что танки бросали в пустыне, где они быстро приходили в полную негодность.

[10][Электронный ресурс] https://tass.ru/info/5185728?utm_source=yandex.ru&utm_medium=organic&utm_campaign=yandex.ru&utm_referrer=yandex.ru

[11] [Электронный ресурс] https://centrasia.org/newsA.php?st=1102939440

[12] [Электронный ресурс] https://southfront.org/david-william-pear-the-us-wants-to-bring-back-the-shah-of-iran

[13] У ядерного порога. Уроки ядерных кризисов Северной Кореи и Ирана для режима нераспространения/ Под редакцией Алексея Арбатова. – Москва. РОССПЭН, 2007. [Электронный ресурс] https://carnegieendowment.org/files/12398nuclear_threshold_russian.pdf

[14] Prospects for Further Proliferation of Nuclear Weapons. Special National Intelligence Estimate, SNIE 3-1-74, August 23, 1974. [Электронный ресурс]  https://digitalarchive.wilsoncenter.org/document/113914

[15] [Электронный ресурс] https://aryamehr.livejournal.com/3610.html

[16] Spector, Leonard. New Nuclear Nations. A Carnegie Endowment Book. New York, Vintage Books (A Division of Random House), 1985. [Электронный ресурс]  https://acamedia.info/politics/nonproliferation/spectorNN85/chapters2-3.htm

[17] [Электронный ресурс] https://interaffairs.ru/news/show/21621

[18] [Электронный ресурс] https://www.thoughtco.com/the-iranian-revolution-of-1979-195528

[19] [Электронный ресурс]https://www.britannica.com/event/Iranian-Revolution

[20] Baha’I , Baha’I  Faith – возникшая в Иране в XIX веке синкретическая религия,  признающая ценность ВСЕХ  иных религий и священных текстов, провозглашающая  единство всех людей. [Электронный ресурс] https://en.wikipedia.org/wiki/Bah%C3%A1%CA%BC%C3%AD_Faith

[21][Электронный ресурс] http://nisaa2.narod.ru/History/Lectures/lekcija_7.5.antiimperialisticheskaja-antimonarkhic.pdf

[22][Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1977-80v10

[23][Электронный ресурс] https://www.e-ir.info/2018/02/09/the-reluctant-realist-jimmy-carter-and-iran/

[24] Дискуссию о причинах отстраненности США можно посмотреть на сайтах различных форумах , напр. [Электронный ресурс] https://translated.turbopages.org/proxy_u/en-ru.ru.9db8f6e4-62b03cb2-5787042f-74722d776562/https/www.quora.com/Why-was-the-United-States-unable-to-stop-the-1979-Iranian-Revolution

[25] [Электронный ресурс] https://www.history.com/this-day-in-history/hostage-rescue-mission-ends-in-disaster

[26] [Электронный ресурс] https://www.washingtonpost.com/archive/opinions/1987/04/12/atomic-ayatollahs/25715979-1f50-4124-9c3d-fd476ca4c6e6/

[27] [Электронный ресурс] https://www.cfr.org/timeline/us-relations-iran-1953-2021