К началу

МУЗЕЙ НАТО

1970-1973
Назад в список
war
rocket

США в Чили: уничтожить образцовую демократию 1970-1973

Чили была единственной страной в Латинской Америке, где 40 лет не случалось военных переворотов, пока к власти не пришел неугодный США президент-социалист

История

В 60-е США вложили десятки миллионов в президентскую избирательную кампанию в Чили, чтобы привести к власти нужного кандидата – Эдуардо Фрея Монтальву. Но на следующих выборах в 1970 году, несмотря на все препоны Вашингтона, победу одержал социалист Сальвадор Альенде. В течение следующих трех лет США сделали все для дестабилизации обстановки в стране и отстранения Альенде. ЦРУ запустило в Чили свыше 30 (!) различных «проектов», нацеленных на свержение президента и действующего правительства, дополнив секретные операции жесткими санкциями и откровенными экономическими диверсиями. Все это вылилось в народные волнения и внутриполитические разногласия. 11 сентября 1973 года главнокомандующий чилийских вооруженных сил, генерал Аугусто Пиночет захватил власть в стране при деятельной поддержке США. Президент Сальвадор Альенде отказался скрытно покинуть страну и погиб при штурме президентского дворца.

Под руководством Пиночета Чили ждали 15 темных лет военной диктатуры и политических репрессий. За весь период пребывания у власти нового режима были убиты не менее 30 тысяч человек и примерно столько же прошли через концлагеря и пытки противников нового режима. За годы правления хунты из Чили эмигрировали до 1 млн человек – страну покинул каждый десятый житель.

«Союз ради прогресса» против левого сдвига

Борьба США против «сдвига влево» в странах Латинской Америки началась сразу после окончания Второй мировой войны, но особенно усилилась после победы революции 1959 г. на Кубе. В Чили (как в Гватемале в 1954 г. и на Кубе на рубеже 1960-х) слились воедино интересы американского бизнеса, необходимость противодействия идеям коммунизма в Западном полушарии и проблемы внешнеполитической ориентации правительства этой страны. «Союз ради прогресса» президента Дж. Кеннеди предлагал экономическую помощь США странам Латинской Америки для преодоления вопиющих социальных проблем, чтобы последствия реформ превентивно погасили революционный потенциал, резко возросший после победы Ф. Кастро.

Проведение реформ должно было происходить под «опекой» Вашингтона. В США в то время уже был создан особый комитет по наблюдению за выборами в странах Латинской Америки. При этом наиболее пристальное внимание американцы обращали на деятельность левых партий (социалистов и коммунистов) и их вождей. Чилиец Сальвадор Альенде был одним из таких лидеров. Молодой социалист набрал около 5% на выборах президента в 1952 г., в 1958 г. он получил уже 28,5% голосов и на следующих выборах имел все шансы занять этот пост.

В преддверии президентских выборов 1964 г. в Чили Вашингтон поддерживал широкую группу правых и центристских сил, с 1962 г. выделяя средства на их деятельность. Окончательно ставку сделали на христианских демократов (ХДП) и их кандидата Эдуардо Фрея Монтальву. Его избирательная кампания финансировалась из США: прямые затраты составили около 20 млн долл. Также американцы оплачивали всю пропаганду чилийских центристов, главная идея которой была довольно простой – «победа левых означает установление коммунистической тирании» в Чили. На деньги ЦРУ (как потом было указано в докладах сенатского комитета США по расследованию тайных операций Лэнгли) было закуплено эфирное время на радио, печатались книги, буклеты, листовки, плакаты, изображавшие «ужасы коммунизма» в СССР и на Кубе.

Христианско-демократические организации распространяли письмо Римского папы Пия XI о надвигавшейся на Латинскую Америку «коммунистической угрозе». Бельгийский проповедник (католик-иезуит) Роже Векеманс и его сеть «христианских общественных центров» получили от ЦРУ 5 млн долларов и еще 5 млн от Агентства США по международному развитию (USAID).[1] Для борьбы против Альенде привлекли даже жившую вне Кубы сестру Фиделя Кастро – яростную противницу своего брата. Фрей победил, набрав 56% голосов, и стал президентом. Альенде с 39% остался наиболее популярным лидером левых политических сил.

Во время президентства Фрея была проведена частичная «чилизация» добычи и переработки медной руды (государство выкупило 51% акций предприятий этой отрасли). В июле 1967 г. был принят закон об аграрной реформе: экспроприации подлежали владения свыше 80 га орошаемой земли, в случае если они не обрабатывались или обрабатывались неэффективно. Из 260 тысяч хозяйств изъяли только чуть более 1100 самых крупных (менее 15% всего фонда обрабатываемой земли). Изначально предполагалось, что плодами перераспределением смогут воспользоваться до 100 тысяч крестьян, на деле оказалось, что только 20 тысяч. При Фрее было построено 3 тысячи новых школ, к 1970 г. неграмотность снизилась с 16 до 11%. Развернулось дешевое строительство жилья и коммунальной инфраструктуры в так называемых «poblaciones marginals» – беднейших кварталах городов. Так или иначе, но условия жизни в это время смогли улучшить 2,5 млн человек из 9 млн населения страны. Социальные программы Фрея (система пособий, общественные организации и кооперативы, культурно-просветительские клубы и центры и т.п.) также принесли результаты, но заметно увеличили расходы государственного бюджета.[2]

В целом умеренные реформы Фрея проходили без недовольства со стороны США и укладывались в политику, провозглашенную в рамках «Союза ради прогресса». Явного наступления на интересы Америки ни во внутренней, ни во внешней политике Чили в годы президентства Фрея не наблюдалось. Однако к следующим выборам ситуация осложнилась. Начался подъем левых сил на основе стремления широких масс чилийцев расширить реформы и при этом получить максимум социальных благ именно от государства. С одной стороны, проявился «рост ожиданий» социальных низов и усилилось давление на правительство. С другой – заметным было недовольство земельных собственников, частного бизнеса (из-за высоких налогов), части военных. Все это предопределило характер и исход следующих президентских выборов, которые специалист по Латинской Америке профессор МГУ А.И. Строганов назвал «Чилийской революцией».[3]

Чилийская революция

Двигаясь к вершине своей политической карьеры, социалист Сальвадор Альенде дважды посещал Советский Союз с официальным визитом: в 1954 г. и в ноябре 1967-го. США стремились всячески противодействовать приходу Альенде к власти. О его визитах в СССР и на Кубу, как и о симпатиях к социализму, было хорошо известно. Еще с конца 1969 г. посол США Э. Корри, влиятельные бизнесмены в США и в Чили организовали кампанию по дискредитации Альенде. К этой работе весной 1970 г. «подключились» и другие заинтересованные лица – бывший директор ЦРУ У. Маккоун, У. Броу (руководитель отдела тайных операций ЦРУ в Западном полушарии), а также Г. Дженин – председатель Совета директоров ITT («International Telephone and Telegraph»). ITT обосновалась в Чили почти как монополист в сфере коммуникаций еще в 1930 г., перекупив контрольный пакет активов в этой отрасли у «British Telecom». Эта компания тут же выделила на борьбу с Альенде 350 тыс. долл., но была готова и на большие расходы, ибо ее активы в Чили оценивались более чем в 200 млн долл.[4]

Весьма обеспокоены были и другие крупные компании, работавшие в стране и имевшие в Чили серьезные интересы и постоянную прибыль – «Pepsi-Cola», занятые в горнорудном секторе «Anaconda Copper» и «Kennecott».

Выборы в Чили прошли 4 сентября. Доклад американского посла Корри лаконично подводил итог: «Чили спокойно проголосовала за то, чтобы иметь марксистско-ленинское государство; это первая в мире страна, которая сделала это осознанно и свободно».[5] Президент Р. Никсон и его ближайшее окружение уже 9 сентября 1970 г. обеспокоились дальнейшим развитием ситуации. Из Лэнгли «станции» ЦРУ в Чили пошли указания о необходимости наладить «прямые контакты» с влиятельными военными, и было ясно сказано, что если «установление правления Альенде конституционным путем нельзя предотвратить», то «шансы есть только у военного переворота либо перед вступлением Альенде в должность, либо сразу после».[6]

«Цена не имеет значения. Риск во внимание не принимать»

15 сентября было созвано специальное совещание, на котором обсуждались планы прямого вмешательства с целью не допустить окончательного избрания С. Альенде. Дело было в том, что занявший первое место Альенде не заручился поддержкой абсолютного большинства избирателей. По итогам всенародного голосования он набрал 36,6% голосов, на полтора процента больше, чем его конкурент от правой Национальной партии Хорхе Алессандри, и на 8% больше, чем кандидат центристской ХДП.

По конституции Чили президента определял Конгресс – из двух кандидатур, набравших наибольшее количество голосов. В Конгрессе у коалиции в поддержку Альенде («Народное единство») было 80 мест из 200, у ХДП – 75. Первый план действий вашингтонских стратегов (Track I) предполагал оказание влияния на чилийский Конгресс, чтобы объявить президентом Алессандри, а затем вынудить его уйти в отставку и назначить новые выборы, на которых обеспечить победу Фрея.

Второй план (Track II) предусматривал крупную политическую провокацию для того, чтобы побудить к выступлению военных.[7] Иными словами, на этом этапе в Вашингтоне рассматривали возможность быстрого вмешательства, но пока не военным путем, а, скорее, проведением тайной операции ЦРУ, которая могла бы в ключевой момент спровоцировать нестабильность и государственный переворот. Этого не случилось, но разработка плана президентом Никсоном и его советниками теперь считается чуть ли не классикой подготовки тайных операций США по свержению правительств других стран. Официальная стенограмма совещания у президента отсутствует, но сохранились заметки директора ЦРУ Ричарда Хелмса, которые он делал в процессе обсуждения.[8] Сущность главных указаний выглядит так:

«Шанс один из десяти, но спасти Чили. Стоимость операции не имеет значения. Риск во внимание не принимать. Посольству держаться в стороне. Выделить 10 млн долл, в случае необходимости – больше. Высший приоритет, лучшие агенты. Подготовить сценарий. Подорвать экономику. 48 часов на разработку плана действий».    

Предполагалось, что все действия против Альенде возглавят отставной генерал Р. Вио, отставной адмирал Г. Тирадо и действующий генерал К. Валенсуэла. План провокации состоял в том, чтобы накануне окончательного решения Конгресса о выборе президента (23 октября) организовать убийство чилийского генерала, начальника штаба вооруженных сил Рене Шнейдера, который был «конституционалистом» и, как все были уверены, смог бы пресечь заговор. Его расстреляли в автомобиле прямо на улице, да еще и разбили «для верности» заднее стекло в машине кувалдой. Убийство Шнейдера не привело ни к мятежу военных, ни к народным протестам.[9] Наоборот, общество сплотилось вокруг демократически избранной власти, а Вио и Валенсуэла были арестованы.

Радикальные реформы Альенде

24 октября Конгресс избрал Альенде президентом страны. «За» были и депутаты фракции ХДП. Коалиция социалистов и других левых групп («Народное единство») не имела парламентского большинства. Это требовало согласования политики с ХДП для устойчивого управления государством. Однако правительство начало проводить радикальные мероприятия, неприемлемые для центристов и не имевшие поддержки парламентского большинства. В своей экономической программе Альенде заявил о проведении новой аграрной реформы и о национализации крупнейших частных компаний и банков.

За первые два года деятельности правительства «Народного единства» были экспроприированы около 3500 поместий общей площадью 500 тыс. гектаров (примерно четверть всей обрабатываемой в стране земли), то есть в три раза больше, чем в годы «аграрного передела» Э. Фрея. Реформы Альенде крестьяне восприняли с энтузиазмом, но, естественно, они вызвали сопротивление крупных землевладельцев и недовольство средних слоев населения. Противоречия аграрной реформы усугублялись тем, что компенсации владельцам часто задерживались или не выплачивались. При попустительстве местных властей уже в 1971 г. повсеместно стали происходить «tomas de terrano» – самозахваты земель, которые озлобили не только крупных собственников, но и оттолкнули от излишнего «радикализма» Альенде значительную часть чилийского общества.[10] Как только стали известны результаты выборов 1970 г., крупные скотоводы начали забивать скот, чтобы он не попал под конфискацию, либо перегоняли свои стада в Аргентину.

Затем в мае 1971 г. правительство национализировало предприятия добывающей промышленности (медь, селитра и др.), были также национализированы или поставлены под государственный контроль промышленные предприятия и в других отраслях, банковская система, вся внешняя торговля. Доля государства в сфере транспорта составила 70%, в финансовой сфере 85%, в издательстве и СМИ – 70%. Полностью государственной стала сфера услуг. В итоге уже к концу 1971 г. госсектор производил свыше 60% промышленной продукции страны. С помощью профсоюзов правительство «Народного единства» ввело «рабочий контроль» на частных предприятиях. Правительство Альенде впервые в мире предприняло попытку создания всеобщей компьютеризированной системы управления экономикой. С помощью телексов система «Cybernet» объединила около 500 предприятий, а центр управления самой системой находился в президентском дворце. Планировалось, что такой шаг позволит рабочим участвовать в управлении предприятиями, увеличит эффективность производства.

Некоторое время в стране наблюдался экономический рост. В 1971 г. валовой национальный продукт (ВНП) вырос на 8,5%, в 1972 г. – еще на 5%. Безработица сократилась к концу 1972 г. до 3% (в 1970 г. было 8,3%). Параллельно шла работа по упорядочению заработной платы в интересах её повышения для низкооплачиваемых категорий трудящихся. Прожиточный минимум вырос на 329%, минимум заработной платы и пенсий – на 500%. Правда, эти завоевания были нейтрализованы быстрым ростом цен, который достигал десятков процентов в год. Тем не менее до начала гиперинфляции середины 1973 г. соотношение между заработной платой и ценами на розничные товары было в пользу роста реальной заработной платы на 18,8%. Инфляция все же была большой бедой Чили: в 1971 г. благодаря административному контролю за ценами она составляла 22,1%. В первой половине 1972 г. уровень инфляции поднялся до 28%, во второй половине составил 100%, а в первой половине 1973 г. уже катастрофические 353%. В сентябре инфляция достигла 605%. Так как правительство регулировало цены, их рост не компенсировал увеличение денежной массы («не успевал» за нею), что приводило к товарному дефициту и появлению «чёрного рынка». Нерегулируемые цены на «черном рынке» выросли к 1973 г. на 750%.

Месть за непокорность

Экономические неурядицы и инфляция во многом были следствием внешнего давления Соединенных Штатов. Причины были понятны. Альенде вызвал гнев США тем, что сразу установил дипломатические отношения с Кубой и Северной Кореей. В ноябре 1971 г. в страну на целых три недели приехал ненавистный Вашингтону Фидель Кастро, а потом и сам Альенде вновь посетил Кубу.

Ограничения в кредитных отношениях с США вынудили Альенде обратиться за помощью к «социалистическому лагерю» и набрать там кредитов на 446 млн долл.[11] С самого начала пребывания «Народного единства» у власти США всемерно способствовали ухудшению экономического положения Чили. Еще до окончательного утверждения Альенде в должности президента посол Э. Корри сказал, что при новой власти Чили «не получит ни одного болта, ни одной гайки» из США. Это была веская угроза, ибо значительная часть промышленного оборудования, транспорта, оборудования энергетики и связи в стране были американскими. После провала «Плана II» и избрания Альенде президент Никсон собрал широкое заседание СНБ (включая и госсекретаря У. Роджерса, и министра обороны М. Лэйрда) с целью дать указания по подготовке свержения Альенде. Комплекс этих действий включал и меры экономического давления по известному принципу «Пусть экономика возопит!» («Make economy scream!»)

Вместе с дезорганизацией экономики предполагалось плотно работать с оппозиционными силами всех мастей, с военными и, конечно, проводить тайные операции. Этот проект был задуман еще в 1970 г. («Project FUBELT»). Все происходило с одобрения президента Никсона и помощника по национальной безопасности Г. Киссинджера.[12] Была принята установка на свержение «Народного единства» и президента страны. Как впоследствии было установлено «комитетом Чёрча» (1975), ЦРУ запустило в Чили свыше 30 (!) различных «проектов» для достижения этой цели.[13] В ноябре был принят и меморандум о решении СНБ США (National Security Decision Memorandum, NSDM-93) о действиях, которые должны были оказать «максимальное давление», «воспрепятствовать консолидации правительства Альенде и ограничить его способность проводить политику, противоречащую интересам США в [Западном] полушарии».

Вопль Чилийской экономики

В соответствии с этими указаниями все активнее в работу по противодействию правительству Альенде включались финансовые институты США и контролируемые ими международные организации. По указанию Никсона структуры с государственным участием (Экспортно-импортный банк США и Агентство США по международному развитию) прервали связи с Чили, остановили выдачу 21 млн долл. даже на покупку самолетов «Боинг» для государственных авиалиний Чили. Под давлением США был смещен с поста директор Межамериканского банка развития, а его новый глава понизил кредитный рейтинг страны с «B» до «D». Отозвал кредит в 20 млн долларов и Всемирный банк. Как докладывал Никсону министр финансов Коннэлли, «главная цель – кредитная изоляция Чили».[14] Правительству Альенде позднее пришлось искать иные источники кредитов – под более высокие проценты (всего взяли на 750 млн долл. в 1972 г. и свыше 900 млн в начале 1973 г.).

Группа американских компаний, которая наиболее пострадала от национализации («Anaconda Copper», «Ford Motor Co», «First National City Bank», «Bank of America», «Ralston Purina», ITT) вместе с администрацией принимала активные меры для экономического «удушения» Чили.[15] ITT даже представила заместителю Киссинджера А. Хэйгу свой план из 18 пунктов для проведения экономических диверсий. Естественно, в ходе национализации промышленности у Чили и США возникли особо напряженные отношения по конкретным сюжетам: занятые в добыче меди «Anaconda Copper» и другие отказались принять предложенную им разумную компенсацию.[16] По мнению же самого Альенде, компании по добыче меди за 15 предыдущих лет получили сверхприбыль в размере 750 млн долл., а стоимость принадлежавшего им оборудования была в десятки раз меньше.

Американцы в итоге споров не получили ничего, но в ответ на национализацию имущества американских компаний в Чили Вашингтон принял особые экстренные меры по подрыву чилийской экономики. США выбросили на мировой рынок по демпинговым ценам часть своего стратегического запаса меди и молибдена. Чили оказалась отрезана от основного источника экспортных доходов. От одного только демпинга меди страна в первый же месяц потеряла 160 млн долларов. США   организовали еще и бойкот чилийской меди на мировом рынке, заморозили в своих банках счета госпредприятий Чили.

Между тем первые крупные проблемы, связанные с инфляцией и сокращением экспортных доходов, дали о себе знать уже летом 1972 г.  Стоимость базовой потребительской корзины только за август выросла со 190 до 421 эскудо. Экспортные доходы страны падали, но на 24% вырос общий импорт, а по продовольствию – даже на 149%.[17] В ноябре 1972 г. Чили вынуждена была объявить частичный мораторий на выплату внешнего долга (то есть дефолт). Результатом стало полное прекращение международного кредита и «бегство капиталов» из страны.

С весны 1973 г. в Чили начался экономический застой, быстро перешедший в кризис. Уже в мае 1973 г. в президентском послании Конгрессу Альенде говорил: «Мы должны признать, что оказались неспособными создать соответствующее новым условиям руководство экономикой… у нас нет необходимых инструментов для изъятия прибылей и что политика перераспределения доходов проводилась в отрыве от реальных возможностей экономики». Наконец, национализация бумажной промышленности, наряду с недовольством рабочих этой отрасли, вызвала обвинения Альенде в стремлении установить полную монополию государства на печатные издания.

Созданная правительством Альенде система социальной защиты населения (выплаты многочисленных пособий, расширение медицинского обслуживания, строительство школ и бесплатное образование) на время облегчили инфляционное бремя для большинства населения. Тем не менее в целом очень неровное развитие экономики в 1971-72 гг., внешнее давление и последовавшее за первыми «народными победами» ухудшение положения в экономике привело к развитию социально-политического потенциала оппозиции, чем и воспользовались США.

Протесты, оплаченные едой

Недовольство значительной части населения правлением Альенде вылилось в массовые демонстрации и забастовки уже в 1972 г. В октябре всю страну охватила так называемая «национальная забастовка», инициатором которой выступила «конфедерация» (профсоюз) владельцев грузовиков. Они были недовольны нехваткой импортных запчастей (до 30% парка машин были уже «не на ходу») и вообще опасались полной национализации своей отрасли. «Дальнобойщики» стали грозной силой в политической борьбе. Они получали финансирование от ЦРУ и сотрудничали с «Американским институтом развития свободного труда» (базируется в Форт-Ройал, штат Вирджиния; также подконтрольная ЦРУ структура для установление американского влияния в профсоюзах стран Латинской Америки). Не случайно в кризисные месяцы лета 1973 г. – при общей нехватке продовольственного снабжения в стране – водители грузовиков во время забастовки и своих многочасовых протестных акций отлично питались, не скрывая, что эта «подкормка» получена от ЦРУ.[18]

В ответ на действия «дальнобойщиков» Альенде ввел чрезвычайное положение и отдал приказ конфисковать неработающие грузовики. После провала переговоров между правительством и группами, вовлеченными в конфликт, 1 ноября 1972 г. кабинет в полном составе подал в отставку, и Альенде провел совещание с командованием вооруженных сил. 3 ноября 1972 г. было образовано новое правительство с участием трех военных высокого ранга. Генерал Карлос Пратс, являвшийся до того времени командующим армией, принял портфель министра внутренних дел. Контр-адмирал И. Уэрта стал министром общественных работ. Генерал авиации К. Сепульведа занял пост министра горнорудной промышленности.

На грани гражданской войны

В парламенте в это время ХДП и Национальная партия сформировали оппозиционное правительству большинство. Перед новыми выборами (март 1973 г.) создали еще и «Конфедерацию за демократию», которая и одержала победу, набрав 55,49% голосов в Палату депутатов и 57,25% в Сенат. Учитывая забастовки, обострение не только легальной политической борьбы, но и терроризма (со стороны правых националистов и разных левых «революционеров»), можно говорить о том, что в середине 1973 г. страна была на грани хаоса и гражданской войны.

В день происходило несколько терактов, которые организовывала правонационалистическая «Родина и свобода» (взрыв ЛЭП, мостов, участков железных дорог). Левые экстремисты совершали налеты на банки, нападения на магазины и на полицейских. Всего к августу 1973 г. были выведены из строя десятки мостов, участков нефтепроводов и электроподстанций (всего около 200 объектов). Из-за диверсий весной погибла половина собранного урожая фруктов и овощей, а также несколько тысяч голов домашнего скота. Терактами, вызвавшими наибольший резонанс, были убийства террористами лидера правого крыла христианских демократов Суховича в июне 1971 г. и военно-морского адъютанта президента в июле 1973 г.

Танковый путч

Брожение в стране нарастало. О замыслах военной верхушки организовать переворот ЦРУ прекрасно знало уже в мае 1973 г. и ободряло такие действия. Впрочем, как писал в рапорте Киссинджеру сотрудник СНБ У. Джорден, группировки военных уже замышляют переворот, но Соединенным Штатам пока не стоит прямо в нем участвовать.[19] Действительно, уже в 1973-м произошла первая заметная попытка свергнуть правительство военной силой. Полковник Роберто Сопер (поддержанный «Родиной и свободой») окружил своим танковым полком президентский дворец, дал несколько залпов по нему и потребовал отставки Альенде (президента во дворце, к счастью, не было). Этот мятеж (Tanquetazo, «танковый путч») был подавлен, но волнения в армии и в стране нарастали.

Киссинджер с сожалением докладывал Никсону о том, что эта попытка путча была плохо подготовлена и скоординирована, поскольку ведущие военные чины остались от нее в стороне. Вывод напрашивался сам собой – для достижения нужного Вашингтону результата нужно плотнее работать с военными и оппозицией всех мастей. Ситуация, как казалось, складывалась наилучшим образом для использования недовольства экономическими проблемами. В июле началась всеобщая забастовка, в которой участвовали и горняки медных рудников Эль Тениенте.

Усилились разногласия и внутри власти. Верховный суд Чили еще в мае обвинил Альенде в нарушениях законности, призвал не использовать полицейские меры для исполнения решений правительства. 22 августа Конгресс Чили принял резолюцию, призывающую президента, армию и полицию прекратить нарушения Конституции, «вернуть страну на путь закона и конституционного порядка», обеспечить «демократическое сосуществование всех чилийцев». Апелляция именно к вооруженным силам косвенно показывала, что правые политические силы обещают военным поддержку в случае, если они решат взять власть в свои руки. На фоне обвинения президента в незаконности его действий эта декларация прозвучала как призыв к армии и полиции восстановить конституционный порядок без Альенде.

В этих условиях президенту не помогли и перестановки в правительстве. Только что снова назначенный (9 августа) министром обороны генерал Пратс вынужден был оставить свой пост. 24 августа главнокомандующим стал Аугусто Пиночет (Augusto Pinochet Ugarte).

Конец лета ознаменовался ростом протестов в связи с нехваткой продовольствия в городах, неработающим транспортом, общим недовольством действиями власти. 25 августа 1973 г. 30 военных моряков захватили радиостанцию и призвали к неповиновению командованию флота. Прокуратура ВМС арестовала в связи с этим 200 человек и обвинила в заговоре генсека Социалистической партии К. Альтамирано (его партия входила в состав «Народного единства»).

Предательство Пиночета

13 марта 1974 г. генерал Пиночет рассказал в интервью испанскому информационному агентству «EFE», что он еще в апреле 1972 г. был поставлен ЦРУ в известность о плане «создания непреодолимых экономических трудностей» для правительства Альенде и что затем он сам участвовал в разработке планов мятежа 28 мая 1973 г.[20] Пиночет и его сторонники впоследствии всегда объясняли свержение Альенде стремлением «спасти страну» и не допустить гражданской войны.

На самом же деле очевидно, что целями мятежа и переворота было прекращение экономических преобразований (в т.ч. и аграрной реформы), отказ от «социализма» в экономике и госконтроля над социально-экономической жизнью страны. Это предполагало и возвращение национализированных предприятий прежним владельцам, включая американские компании. Естественно, крах «социализма» Альенде должен был вернуть Чили на орбиту влияния Соединенных Штатов. Наконец, разгром всех левых сил (прежде всего социалистов и коммунистов) позволял рассчитывать на долговременное сохранение Чили в качестве «нормальной» (по меркам Вашингтона) страны Латинской Америки.

Это все полностью устраивало США и соответствовало их интересам.[21] Не смущал Соединенные Штаты и тот факт, что Чили была примером «образцовой демократии» – единственной страной в Латинской Америке, в которой 40 лет (!) не случалось военных переворотов (с 1932 г.).

ЦРУ ввело в действие весь арсенал средств и заранее готовые планы переворота.  П. Корнблу (Peter Kornbluh),  руководитель проекта по публикации бывших секретными документов по Чили, говорит: сегодня уже никак нельзя скрыть правду о том, что переворот готовили давно, с ведома и одобрения президента Никсона.[22]

С чилийскими военными ЦРУ и Пентагон работали давно и интенсивно. В течение 1960-х гг. около 4 тысяч чилийских офицеров высшего и среднего звена прошли обучение в США («Школа двух Америк» в Панаме и др.), где антикоммунизм стоял в первом ряду в сфере идейно-политической подготовки.[23]

Консервативные настроения офицерства только усилились в годы реформаторства «Народного единства». Традиционно военные в Чили стояли вне политики, но многое изменилось именно в 1960-е годы. Во-первых, в течение 1960-х годов Латинская Америка дала три убедительных примера установления военной диктатуры путем свержения (естественно, с поддержкой из Вашингтона) левых «прогрессистов» – в Бразилии в 1964 г., в Аргентине в 1966 г. и в Боливии в 1969 г. Второй особенностью было то, что чилийские военные как социальная группа не испытали на себе всю тяжесть экономических трудностей в ходе реформ. На фоне экономического «удушения» правительства Альенде Штаты наращивали военную помощь невиданными темпами. В 1970 г. она не превышала 800 тыс. долл., а в 1972 г. составила уже 10,9 млн.[24]

В Чили весь персонал резидентуры ЦРУ участвовал в той или иной форме в подготовке решающих действий. Чилийские военные уверенно рассчитывали на полную поддержку США. Сейчас на официальном сайте Госдепартамента (в разделе «История внешней политики. Отношения США – Чили») туманно сообщается, что интересы США были, конечно, затронуты во времена президентства Альенде, но при этом официально Америка никак не участвовала в подготовке и осуществлении переворота. На самом деле администрация Никсона и все ее заинтересованные ведомства прекрасно знали о подготовке свержения Альенде, вплоть до времени начала выступления военных. Уже по ходу начавшегося переворота утром 11 сентября из ЦРУ в Белый дом пришел запрос о том, что следует делать в случае, если чилийские заговорщики попросят о немедленной военной поддержке со стороны США (то есть на случай, если «что-то пойдет не так»).[25]

Чилийская трагедия 11 сентября

На самом деле волноваться Пиночету и компании было почти не о чем – военные силы США были рядом и явно наготове. Переворот начался в ночь с 10 на 11 сентября на кораблях ВМФ, во время совместных с флотом США учений («Unitas», «Единство»), проходивших у берегов Чили. Несколько сотен матросов и офицеров – явных сторонников Альенде – были тут же расстреляны путчистами.

Рано утром 11 сентября корабли ВМФ обстреляли порт и город Вальпараисо, высадили десант и захватили город. В 6.30 утра мятежники начали операцию по захвату столицы Чили. Были захвачены телецентр и ряд стратегических объектов. Киссинджер докладывал Никсону: «Все телекоммуникации между Сантъяго и внешним миром прерваны, военные закрыли аэропорты. Чилийские ВВС нанесли удары по радиостанции, которая не подчинилась приказу о вещании только через сети военных; около полудня начался штурм дворца президента, оттуда идет дым после авиаударов».[26] Действительно, поддерживавшие «Народное единство» радиостанции «Порталес» и «Корпорасьон», передававшие заявления Альенде, были разбомблены ВВС, а в 9.10 утра «Магальянес» – еще одна радиостанция, поддерживавшая Альенде, – передала в эфир последнее обращение президента к чилийскому народу, а затем голос законной власти чилийцы более не слышали. Непосредственно в ходе трансляции обращения Альенде станция «Магальянес» по команде командующего ВВС Густаво Ли была подвергнута авиаудару, а затем захвачена мятежниками. Все находившиеся в здании сотрудники были убиты.

Принадлежавшие правым силам радиостанции «Агрикультура», «Минерия» и «Бальмаседо» передали заявление военных о перевороте и создании  чрезвычайного правительства в составе командующего сухопутными силами генерала Аугусто Пиночета, командующего флотом адмирала Хосе Мерино (José Toribio Merino Castro), командующего ВВС Густаво Ли (Gustavo Leigh Guzmán), а также  исполняющего обязанности директора корпуса карабинеров генерала Сезара Мендосы (César Mendoza Durán).

Параллельно захвату столицы начались и расправы с политическими оппонентами хунты. Как следовало из итогов расследования комитета сената США («комитет Чёрча», 1975 г.), ЦРУ не только давало «советы» военным заговорщикам насчет правительственных зданий, которые предстояло обязательно захватить, но и составляло списки на необходимые аресты.[27] Сначала были схвачены Орландо Летельер (министр обороны, пытавшийся остановить путч), другие высшие чиновники и военные из окружения Альенде. Были разгромлены штаб-квартиры партий, входящих в «Народное единство», под арест попала часть их руководителей.

Видимо, только тогда президент Альенде осознал, что все происходящее – не просто очередной бунт на флоте. Действительно, военный мятеж охватил уже всю страну, и сторонники Пиночета к вечеру 11 сентября установили контроль над всеми крупными городами Чили. В течение всего дня в воздухе находились американские самолеты, которые обеспечивали мятежникам надежную связь и снабжали их текущей развединформацией. Корабли ВМФ США у берегов Чили также были в полной готовности вступить в бой.

В 9.15 по команде Пиночета и под руководством генералов Х. Паласиоса и С.  Аррелано начались авиаудары самолетами «Hawker Hunter» (британского производства), а затем обстрел и штурм президентского дворца «Ла Монеда». Дворец защищали около 50 человек, включая и снайперов, которые смогли на время притормозить атакующих. Всего в состав GAP – «круга друзей президента» (т.е. его охраны) – входили около 300 чел, но возможности привлечь всех в тот момент не было. Штурм дворца продолжился с участием танков и авиации. Предложение мятежников о сдаче в обмен на разрешение беспрепятственно покинуть Чили защитники «Ла Монеды» отвергли.

Сам Альенде отказался и от предложения друзей-социалистов скрытно покинуть дворец, укрыться в промышленной зоне Сан-Хоакин в южной части города и потом поднять народ на восстание. Сальвадор Альенде остался во дворце и погиб. В 14.20 здание президентского дворца было захвачено. Президент, вероятно, и сам некоторое время отстреливался, в его руках видели подарок Фиделя Кастро – советский автомат АК-47 с гравированной табличкой. Согласно официальной версии хунты (подтверждённой в 2011 г. в результате эксгумации тела Альенде) он совершил самоубийство.

Доброе отношение к палачам

Уже 12 сентября в Вашингтоне прошло заседание особой группы по специальным операциям во главе с Киссинджером, где рассматривались вопросы немедленной и всесторонней помощи военной хунте, включая даже проблему реструктуризации внешнего долга Чили. Дипломату Дэвису поручалось «передать новому режиму, что мы очень по-доброму к нему настроены, но не в наших общих интересах, чтобы США стали первой страной, которая официально признает его законным». <> «Если будут вопросы, мы должны отрицать любую причастность ЦРУ, а также заявлять, что наши программы поставок вооружений и оборудования идут на обычной основе, и все, что отправлено в Чили, есть выполнение наших обязательств перед правительством Альенде».[28]

Указания Никсона и Киссинджера срочно выполнялись: уже 14 сентября состоялась тайная встреча Пиночета с главой группы военных советников США полковником Уруттиа, который затем передал послу США устное послание генерала. Основные позиции включали обещания хунты немедленно разорвать дипломатические отношения с СССР, Кубой, Северным Вьетнамом и Северной Кореей, произвести «чистку» дипломатического корпуса от коммунистов. В экономической части Пиночет выражал надежду, что с восстановлением «традиционной дружбы» с США будут решены и проблемы внешнего долга, и проблемы компенсации американским горнорудным компаниям. Генерал тут же попросил США о помощи – от поставок зерна до танков М-60.[29] Все эти вопросы, естественно, были рассмотрены и решены в пользу хунты незамедлительно. Осмотревшись, Вашингтон 24 октября официально признал законным правительство Пиночета.

15 лет диктатуры

Начался новый этап развития Чили – 15 темных лет военной диктатуры и политических репрессий. Как считается, уже в первые месяцы пребывания военных у власти не менее 130 тысяч человек подверглись аресту. Лавина репрессий обрушилась на страну сразу после победы мятежников.

По оценкам критиков хунты, за весь период пребывания у власти режима Пиночета в Чили были убиты не менее 30 тысяч человек. Многие исследования говорят и о 40 тысячах убитых, и о примерно таком же количестве прошедших через концлагеря и пытки противников нового режима. Уже в первый месяц число содержавшихся на стадионе «Сантъяго» арестованных составляло в среднем 12-15 тыс. человек в день. К стадиону примыкал велодром с трибунами на 5 тысяч мест. Именно велодром стал основным местом пыток и расстрелов. Ежедневно там расстреливали, по показаниям выживших свидетелей, от 50 до 250 человек. Концлагерем и местом пыток стал и стадион «Чили», на нем содержались до 6 тыс. арестованных. Чудом уцелевшие боливийцы (задержанные на улице) видели в раздевалке и в медпункте стадиона обезглавленные человеческие тела и четвертованные трупы. В тюрьму был превращен учебный корабль «Эсмеральда», где задержанных пытали офицеры из Бразилии. На корабле «Майпо» размещалось постоянно 800 заключенных, и каждый день там расстреливали по 10-15 человек.

Несколько месяцев происходили казни не только сторонников Альенде, но и других людей просто по подозрению в нелояльности новому режиму. Позднее сотни людей, по всей вероятности, погибли еще и в так называемых «fake fights».  Это были случаи, когда политические убийства без суда выдавались за вынужденные боестолкновения с политическими экстремистами, террористами или же были инсценированы пиночетовской полицией как якобы «нападения» на военных, на полицейские участки и т.п.

Около 200 тыс. человек покинули Чили сразу после установления диктатуры. Всего же, как считается, за годы правления хунты (1973-1989) из Чили эмигрировали до 1 млн человек (т.е. страну покинул каждый десятый житель).

Как считают авторы независимых расследований преступлений военной хунты, в первые два года при Пиночете по политическим мотивам были арестованы и отправлены в тюрьмы и лагеря 110 тысяч человек. Всего через тюрьмы в Чили при Пиночете прошли 492 тыс. человек. Это только те, кто был осужден хотя бы на месяц заключения или получили «арест+штраф» (за нарушение комендантского часа, за участие в демонстрации и т.п.). А всего при военном режиме арест хотя бы один раз пережил каждый четвертый чилиец (27,1% населения Чили).

Ещё 21 сентября 1973 г. был распущен Конгресс, как было заявлено, вследствие невозможности «соблюдать в настоящее время законодательные требования» по обычной процедуре обсуждения и принятия законов. С первых дней своего правления военный режим объявил состояние «внутренней войны». Генерал Пиночет заявил: «Из всех наших врагов главным и наиболее опасным является коммунистическая партия. Мы должны разрушить её сейчас. Если нам это не удастся, она рано или поздно уничтожит нас». Были учреждены военные трибуналы, заменившие гражданские суды, созданы тайные центры пыток («Лондре 38», «Колония Дигнидад» и др.). Появились постоянно действующие концлагеря для политзаключенных. Значительную роль в первые месяцы репрессий играли военные спецслужбы: разведка всех трех видов вооруженных сил и карабинеры (полиция). Однако вскоре (в январе 1974 г.) был создана единая национальная разведывательная и контрразведывательная служба. [30]

Сначала был образован Национальный исполнительный секретариат по делам заключённых, а летом 1974 г. – «Дирекция национальной разведки» (ДИНА). В число её задач входил сбор и анализ данных, необходимых для обеспечения национальной безопасности, а также физическое уничтожение оппозиционеров. К середине 1970-х гг. ДИНА насчитывала до 15 тысяч сотрудников.

«Политическая адаптация» нового режима и его органов власти среди стран Латинской Америки вообще прошла без затруднений. Причина простая: в это время в таких странах, как Бразилия, Парагвай, Боливия, Уругвай у власти стояли военные режимы. В Аргентине в марте 1976 г. (в результате переворота) к власти пришла очередная группировка военных во главе с генералом Хорхе Р. Виделой. Именно между этими режимами и их спецслужбами началось активное сотрудничество в борьбе против партизан, левых радикалов,[31] политических активистов – противников военных режимов (в т.ч. и тех, кто находился в эмиграции). Вплоть до 1983 г. военные режимы стран «Южного конуса» (т.е. всей южной части континента) были в известном смысле сплоченной реакционной группировкой, опиравшейся на помощь США и нагонявшей страх на другие государства Латинской Америки.

Общая поддержка военных режимов со стороны США была очевидна, но в конце 1970-х становилась все менее выгодна Вашингтону. Дело было не только в том, что сменились (после выборов 1976 г.) президент и госсекретарь. Изменился общий международный контекст. У США появились иные приоритетные интересы, цели и задачи в других регионах мира: например, Ближний Восток после «нефтяного шока» 1973-74 гг. С другой стороны, новый президент Дж. Картер сделал именно проблему борьбы за соблюдение прав человека одной из главных в своей внешней политике в 1977-79 гг. После вступления в силу Хельсинкских соглашений 1975 г. это стало касаться и отношений США – СССР.  Вашингтону сложно было требовать от СССР соблюдения прав человека и каких-то уступок на фоне поддержки Пиночета, парагвайского диктатора Стресснера или военных в Аргентине. А между тем сведения о массовых политических убийствах и чудовищных нарущениях прав человека в странах «Южного конуса» все чаще появлялись в мировой печати. Правда, даже в таких условиях от Чили Вашингтон не отвернулся, сохраняя и свои позиции в экономике, и военную помощь Пиночету. Однако в конце 1980-х опять-таки крутые перемены в международной обстановке стали причиной того, что военные режимы в Южной Америке, в том числе и диктатура Пиночета, сошли с исторической сцены.

 

[1] Официальный сайт этого ведомства [Электронный ресурс] https://www.usaid.gov/

[2] Латинская Америка ХХ века. Социальная антропология бедности. — М., Наука, 2006.  С. 258-261; сам Э. Фрей в своем последнем послании парламенту признавал, что социальные расходы государства стали «невыносимым бременем для чилийской экономики».

[3] Строганов А.И. Новейшая история стран Латинской Америки. — М., изд-во «Высшая школа», 1996. С. 229.

[4] [Электронный ресурс] https://www.wrongkindofgreen.org/2014/01/08/40-years-after-cia-itts-1973-coup-in-chile-a-look-at-democracy-nows-itt-lannan-foundation-connection-part-2/

[5] Telegram From the Embassy in Chile to the Department of State. Santiago, September 5, 1970. [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d62

[6] Telegram From the Central Intelligence Agency to the Station in Chile. Washington, September 9, 1970. [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d72

[7] [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d154

[8] «Конспект» указаний президента был опубликован в солидной газете «Нью Йорк Таймс»; сейчас доступна фотокопия рукописного оригинала [Электронный ресурс] https://nsarchive2.gwu.edu/NSAEBB/NSAEBB8/ch24-01.htm

[9] В сентябре 2001 г. потомки Шнейдера пытались подать иск против Генри Киссинджера по обвинению в соучастии в убийстве генерала; итогом разбирательства стало признание того, что ЦРУ было заинтересовано в похищении, но не в убийстве генерала, этот акт американцами якобы не планировался.

[10] Латинская Америка в ХХ веке. Социальная антропология бедности.  С. 262.

[11]  Строганов А.И. Новейшая история  стран Латинской Америки. С. 233.

[12] Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Kissinger) to President Nixon. Washington, November 5, 1970 [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d172

[13] Полный текст доклада комитета под председательством сенатора Чёрча можно найти на  [Электронный ресурс] https://derechos.org/nizkor/chile/doc/covert.html

[14] Memorandum From Secretary of the Treasury Connally to President Nixon. Washington, January 15, 1972. [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d287

[15] [Электронный ресурс] https://revcom.us/en/a/514/american-crime-57-the-1973-cia-coup-in-chile-en.html

[16] [Электронный ресурс] https://en.wikipedia.org/wiki/Chilean_nationalization_of_copper /

[17] [Электронный ресурс] https://www.academickids.com/encyclopedia/index.php/1973_coup_in_Chile

[18] Блум, Уильям. Убийство демократии: операции ЦРУ и Пентагона в период холодной войны.  Пер. с англ. под рук. А. Чернова и Е. Логинова; редактор перевода В. Крашенинникова. М.: АНО «Институт внешнеполитических исследований и инициатив», Кучково поле,  2013. С. 325.

[19] Memorandum From William J. Jorden of the National Security Council Staff to the President’s Assistant for National Security Affairs (Kissinger) Washington, May 24, 1973. [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d326

[20] [Электронный ресурс] http://en.academic.ru/dic.nsf/enwiki/280841 /

[21] [Электронный ресурс] https://en.wikipedia.org/wiki/1973_Chilean_coup_d%27%C3%A9tat /

[22] [Электронный ресурс] https://nsarchive.gwu.edu/briefing-book/chile/2016-09-09/cia-cover-chile

[23] [Электронный ресурс] https://english.almayadeen.net/news/politics/the-original-:-how-the-cia-orchestrated-chiles-violent-coup

[24] [Электронный ресурс] https://www.academickids.com/encyclopedia/index.php/1973_coup_in_Chile

[25] Document 06. CIA, «Possible Request for U.S. Government Aid from Key Officer of Chilean Military Group Planning to Overthrow President Allende,» Secret, Memoranda, September 11, 1973. [Электронный ресурс] https://nsarchive.gwu.edu/document/22022-document-06

[26] Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Kissinger) to President Nixon. Washington, September 11, 1973, 12:30 p.m. [Электронный ресурс]  https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d346

[27] [Электронный ресурс] https://revcom.us/en/a/514/american-crime-57-the-1973-cia-coup-in-chile-en.html

[28] Minutes of a Meeting of the Washington Special Actions Group Washington, September 12, 1973, [Электронный ресурс] https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d348

[29]  Memorandum From the President’s Assistant for National Security Affairs (Kissinger) to President Nixon. Washington, September 14, 1973. [Электронный ресурс]  https://history.state.gov/historicaldocuments/frus1969-76v21/d355

[30] [Электронный ресурс] https://en.wikipedia.org/wiki/Military_dictatorship_of_Chile_(1973%E2%80%9390)/

[31] Движения «MIR», «Monteneros», «Tupamaros», нелегально работавшие коммунистические и социалистические партии и т.п.